Лисья йога

Письма Чёрного Лиса продвинутым существам

1. Общие положения

Фрагмент 17

79. Хотелось бы подчеркнуть один очень важный момент, касающийся реальностных сказок. До этого, если мне не изменяет память, на него были лишь косвенные намеки. Я потрепал лисичку за ухом, получил за это по носу пушистым хвостом и теперь могу продолжать.
80. Реальностная сказка —это не только слова, но еще и движения, жесты, моргание глазами, хлюпанье носом и урчание в желудке, включающее отрыжку. То есть, говоря более абстрактно, это целостное поведение лиса в среде. Важно не только то, что он говорит, но и как он одет (если одет), несет ли от него перегаром или табаком, после какого вашего слова он моргнул, после какого икнул, когда хрюкнул, когда пукнул, а когда изменил свое пространственное положение (проще говоря сменил позу).
81. Так что, если лис говорит с лисой о любви и предлагает ей, мягко говоря, подружиться, а она отвечает категорическим отказом (на словах), то телом своим она «за» всеми четырьмя лапами. Лис это прекрасно понимает и потому даже не думает отчаиваться.
82. То есть это ситуация из серии: «Пусть губы шепчут мне «прощай», глаза кричат «останься».
Хочу рассказать небольшую реальностную сказочку. Стоял я как-то на станции городской подземки, рассуждал о лисьей йоге. Странное явление привлекло мое внимание: в кабине машиниста приближающегося поезда горел зеленый огонек. «Такси,» — подумал Штирлиц»—подумалось мне.
83. Думаю, что... Тут автор неожиданно заснул, уткнувшись головой в рукопись.
«Какого хрёнира я тут оказался,» — думал я, выводя эти строки уже во сне. Неожиданно дверь открылась, и вползла реальностная гюрза, одетая в халат цвета крови. Я застонал и попытался незаметно для нее проснуться. Не вышло. Зато характер сна резко изменился. Змея превратилась в обаятельного джигита, который стал рассуждать о дагестанском искусстве, каких-то инсталляциях, изобилии выпитого шампанского и головной боли. Я только успевал записывать в тетрадь сей результат своего хренира реальности.
84. С истинно горским гостеприимством оный индивид позвал меня пить чай к нему в саклю. Я вежливо отказался, не хотелось отрываться от рукописи, да и Лиса что-то задремала у меня на коленях и не стоило ее беспокоить. Тогда джигит стал танцевать под музыку Modern Talking и приговаривать: «Асса, асса!» Рассказав байку о каком-то Алладине, которого джинн из волшебной лампы сделал художником-авангардистом, горец куда-то убрался.