Цветы глухих улиц

За пределами лисьей йоги

Короли молчания

Фрагмент 11

За дверью седьмой
Таинственная сущность


«Все кончено,
Все кончено вновь -
Ты скажешь мне: «Прости...
Можем ли мы быть просто друзьями?..» - донеслись до сознания слова песни. Она вздохнула и подошла к окну. Пасмурная осенняя погода. Ветер сгибает деревья... Холодно и неуютно. Окружающая обстановка полностью отражала состояние ее ума. Она пошла в другую комнату и включила старенький черно-белый телевизор. По всем каналам были одни полосы. В этом мире не работала ни одна телевизионная станция. Раздраженно выключив телевизор, она взяла со стола газету. Вместо текстов статей - мешанина из непонятных пульсирующих знаков, фотографии - странным образом перетекающие друг в друга белые и черные тона.
«Тоже мне «Дао», - она усмехнулась и отбросила газету прочь.
Мир, в котором она жила, постоянно менялся. Ей припомнилось, что когда-то на месте черно-белого лампового телевизора стоял цветной на микросхемах с подключенным видеомагнитофоном. Потом все это куда-то делось... Она была уверена, что брошенная на пол газета со временем вновь окажется на столе.
«Газета!» - случайно скользнув взглядом она увидела слова: «Сюда я снова прихожу...». Через мгновение перед глазами была знакомая мешанина пульсирующих символов.
Она вышла в коридор и остановилась возле большого, потемневшего от времени зеркала в массивной деревянной раме. Оглядела себя: голубые, слегка миндалевидные глаза смотрят с испугом, губы тонко очерченного рта нервно сжаты... Она взяла лежащую перед зеркалом щетку, чтобы расчесать свои великолепные волосы цвета золота. Неожиданно в одной из комнат раздался звук упавшего предмета. Бросив щетку, она побежала посмотреть, что случилось.
В маленькой комнате, на полу рядом с кроватью лежала книга в яркой суперобложке. Она подняла ее: Питер Страуб «История с привидениями».
«Ну и что все это значит? Книжулька стояла в закрытом шкафу и сама упасть не могла», - она пролистала страницы, и оттуда выпал лист бумаги с отпечатанными словами: «Пожалуйста, поговори со мной...». Она улыбнулась и поставила книгу на место. Лист бумаги в руке стал сворачиваться, менять очертания, пока не превратился в желто-зеленый листок клена. Она выбросила его в форточку и с интересом стала смотреть на разворачивающееся за окном действие: неподалеку прямо в воздухе кружились трое мальчиков в черных одеждах. В своем танце они постепенно приближались к ее окну. Ей стало любопытно, что же будет, когда эта троица подлетит совсем близко? Кружась уже возле самого окна, мальчики начали постепенно расплываться, пока не превратились в разреженные облака черного цвета. Коснувшись оконного стекла, они совсем растаяли.
«Никакие духи не могут сюда попасть, - она отошла от окна. - Здесь место моей силы».
Из ящика стола она взяла ручку и бумагу. Красивым, крупным почерком написала: «Мы стали еще ближе. Я думаю, ты помнишь меня». Она могла бы набрать эти слова на компьютере, но он, как и видеотехника, однажды тоже куда-то пропал. Впрочем, ей это было безразлично, - она не привязывалась к вещам.
Оставив записку лежать на столе, вновь подошла к окну. Без всякого удивления отметила, что обстановка на улице изменилась. Вместо двух дорожек, разделенных полосой деревьев, там теперь был небольшой пруд. Дом, в котором она жила, тоже претерпел изменения. Она прикинула, что сейчас ее квартира находится этаже на десятом. Тогда как раньше была на четвертом.
«Все меняется, меняется...» - она бросила взгляд на стол. Листок бумаги уже исчез.
Устав сидеть дома, она одела куртку цвета снега и вышла из квартиры. Несмотря на то, что высота окна соответствовала десятому этажу, количество лестничных пролетов в подъезде ничуть не увеличилось. Быстро и легко она сбежала по лестнице, даже не подумав о лифте. Дело в том, что лифт в этом мире частенько выкидывал различные нехорошие фокусы: застревал между этажами, иногда в нем исчезал пол, а случалось, что кабина вообще выезжала за пределы шахты на крышу. Наученная опытом, она опасалась им пользоваться.