Лисья йога

Письма Чёрного Лиса продвинутым существам

11. Конец всех сказок

Фрагмент 68

Трибуны бушевали. Высокие Люди кричали что-то приветственное. Принцесса Виктория из своей ложи холодно смотрела на поединок. Она видела все, невидимость не могла скрыть хода боя от глаз волшебницы. Она знала, как трудно досталась мне победа, но ничем не выразила своего восхищения. Горделивая девчонка! Ты сегодня будешь первой красавицей, именно тебе я подарю венец королевы турнира. Ее несносная гордость и неприступность одновременно нравились мне и были противны. Мне хотелось победить эти качества в ней —они нам не нужны.
— Герой Синиок, вы стали победителем турнира тысяча четырехсотого года в моей империи. Я награждаю вас Щитом Невидимости. Победивший невидимку имеет право обладать этим свойством, — громким голосом и официальным тоном обратилась ко мне принцесса.
Двое жрецов принесли щит, повышавший защиту и скорость перемещения, но самым главным его свойством была управляемая невидимость.
— Как победитель турнира, — продолжила принцесса, — вы можете отдохнуть один день и одну ночь в нашем городе в доме выбранной вами первой красавицы. Подарки этому дому от королевского будут высланы вслед за вами. А сейчас вам предоставляется право выбрать королеву турнира.
Те же жрецы поднесли мне корону первой красавицы — золотой венец, сверкающий гранями многочисленных бриллиантов. И хотя я точно знал на чью голову возложу корону, сначала хотелось немного подразнить ее гордость. Я взял венец и медленно, вглядываясь в ряды сидевших на трибунах девиц, прошел целый круг арены. Ее взгляд я чувствовал на себе все время. Пройдя круг, я направился к принцессе с недовольным видом, будто не смог отыскать достойной девушки. Виктория хотела что-то сказать, но я опередил ее.
— Волшебница! Я не нахожу в городе никого, достойнее вас! Вы —королева красоты, — сказал я так, чтобы слышали все, и одел ей на голову венец первой красавицы.
Трибуны ахнули. Жрецы оцепенели, охрана разинула рты. Наверное, все считали меня уже покойником. То, что я сделал, было неслыханно —прикоснулся к самой принцессе. Гробовое молчание трибун прервала сама Виктория.
— Это несколько необычно... Герои не могут выбирать волшебниц королевами турнира... Но, учитывая трудность победы... Синиок будет гостем королевского дома!
Весь стадион ликовал пуще прежнего. Звучали славные приветствия мне и принцессе.
— Спасибо тебе, Маох Оранжевая Звезда, — тихо, только для меня сказала Виктория. Сейчас она была совсем другой.
— Откуда ты знаешь меня, девочка?
— Я тебе не «девочка»! —ответила она, и мы оказались на лесной поляне.
— Еще при первом знакомстве —там, у озера, когда вы сражались с паладинами, я узнала вас, Маох Вентлийский. Ваше пришествие, также, как и появление Эльсона, предсказали звезды. Зеленая вспышка вашего друга была короткой, и его уже нет в Арканусе.
— Как? Ведь Снежное Око хранится у Брегедиры. Неужели нашелся более сильный завоеватель?
— Нет, вы устранили всех противников.
— А Тлалок?
— Тлалок боится шагу ступить из своих городов. Я не знаю, что произошло у них, но его точно больше нет в мире. Вас через какое-то время ждет то же самое. И поверьте, Маох, я не угрожаю вам, хотя вы отняли у меня Сарагон и Аруатрум, я... сожалею об этом. Города, власть, магия —все это ерунда.
— Твои стихи, — я достал ее тетрадь, —я слышал их раньше, еще до первой встречи с тобой. Они помогли мне в пути к тебе. Наверное, я пришел сюда, чтобы найти свою любовь.
— И нашли?
— И да, и нет.
Теперь я знал точно, что мы с любимой разделены ни временем, ни пространством, но более высоким измерением —состоянием. Мы не готовы к встрече, нам надо еще столько всего пережить и понять, и изменить себя.
— Признаюсь, и твоя стихотворная речь в Сарагоне тронула меня. Ты первый, кто так красиво и возвышенно говорил обо мне. Ты заставил вспомнить что-то давно забытое, поистине чудесное, вдохновляющее к счастью.
— И поэтому ты сняла с города Небесный Свет?
— Нет, конечно. Чары автоматически исчезают с города повстанцев... Где-то в глубине души я поняла твои переживания, но сейчас уже не помню их. Ты прочтешь еще то стихотворение?
Я не сдержался, поднял ее за талию и закружился с ней.
— Конечно, красавица, я прочту тебе все стихи, какие захочешь, и напишу еще. Мы уйдем отсюда, и будем вместе...
— Отпусти!
Красавица была опять только властной принцессой.
— Я не знаю, что вы подумали обо мне, Маох, но хочу, чтобы вы знали —это была минутная слабость. Да, мне понравились ваши стихи, но я не давала повода хватать себя, как девчонку!
— Простите, волшебница, но вы так похожи на ту, которую я ищу. У меня тоже была минутная слабость.
— Теперь я верю в то, что про вас говорят —хитрый, коварный, беспощадный грубиян. А ваши стихи... вы их списали у кого-то. Минутная слабость! У вас нет на это права!
Я не понял, на что у меня нет права —на слабость или на прикосновение с ней?